Когда ты щедрый, не скупой, И все, что сделано доныне, Считаешь только черновой. Когда, заминкой не встревожен, Еще беспечен ты и смел, Еще не думал, что положен Тебе хоть где-нибудь предел; Когда — покамест суд да справа — Богат, широк — полна душа — Ты водку пьешь еще до славы, — Не потому, что хороша. И врешь еще для интересу, Что нету сна, И жизнь сложна… Ах, как ты горько, до зарезу, Попозже, молодость, нужна! Пришла беда — и вроде не с кем Делиться этою бедой. А время жмет на все железки, И не проси его: — Постой! Повремени, крутое время, Дай осмотреться, что к чему. Дай мне в пути поспеть со всеми, А то, мол, тяжко одному… И знай, поэт, ты нынче вроде Как тот солдат, что от полка Отстал случайно на походе. И сушит рот ему тоска. Бредет обочиной дороги Туда ли, нет — не знает сам, И счет в отчаянной тревоге Ведет потерянным часам. Один в пути — какой он житель! Догнать, явиться: виноват, Отстал, взыщите, накажите… А как наказан, так — солдат! Так свой опять — и дело свято. Хоть потерпел, зато учен. А что еще там ждет солдата, То все на свете нипочем… Изведав горькую тревогу, В беде уверившись вполне, Я в эту бросился дорогу, Я знал, она поможет мне. Иль не меня четыре года,